Дельфы. Казимеж Михаловский

Дельфы. Серия «Искусство и культура древнего мира». Текст: Казимеж Михаловский; фотографии: Анджей Дзевановский. Издательство «Аркады», Варшава, 1977

Дельфы. Серия «Искусство и культура древнего мира». Текст: Казимеж Михаловский; фотографии: Анджей Дзевановский. Издательство «Аркады», Варшава, 1977


Место, которое греки считали выбранным Зевсом центром Земли, благоприятствовало возникновению такой легенды, Ибо, пожалуй, ни в одном месте Греции природа не имеет столь величественного, столь грозного облика, как в Дельфах.

Отвесные скалы Парнаса, нисходящие в этом месте к Коринфскому заливу, имеют вид террас. Их образуют горные склоны, спускающиеся к югу с высоты от 700 до 500 м над уровнем моря. С севера их окружают две неприступные, поднимающиеся к облакам скалы высотой 200-300 м, отражающие лучи солнца. Древние греки называли их поэтому Федриады (Блестящие). Западная вершина теперь носит название Родини, т.е. Розовая, восточная — Флембукос, т.е. Пламенная. С незапамятных времен здесь существовал оракул — сначала Геи, а потом Посейдона. Позже Гея передала святилище богине правосудия Фемиде, а та подарила его Аполлону. Благодаря соответствующей организации «информационной сети» и умелой интерпретации вещих слов Пифии дельфийский оракул не только чуть ли не с каждым годом укреплял свой авторитет и силу, но и усиливал влияние также на внутреннюю и внешнюю политику греческого общества. Именно оракул прославил Дельфы в древности.

Археологический комплекс Дельф можно разделить на три основные части. С севера, на отлогом склоне, у подножия горы Родини, находится святилище Аполлона, образующее однородный по своему характеру ансамбль руин. С юго-запада от теменоса Аполлона, у подножия горы Флембукос, располагается святилище Афины Пронайи, так называемая Мармария. Руины города расположены в двух пунктах: выше Мармарии находится гимнасий с палестрой и Кастальский источник; с запада с теменосом Аполлона граничит стадион, развалины других построек и некрополь.

Среди всех археологических ансамблей Греции Дельфы выделяются как наиболее органический, хотя разнородный в историческом отношении комплекс, поражающий своей неповторимой, необычной экспрессией.

Название Дельфы, Δελφοτ, появляется впервые у Гераклита и в гомеровском гимне Артемиде. Раньше это место называлось Пифон. Оба наименования связаны с легендами о возникновении этого знаменитейшего в Греции святилища Аполлона. Несмотря на то, что изображение дельфина встречается на дельфийских монетах, название Дельфы по всей вероятности не имеет ничего общего с Аполлоном Дельфинием и происходит от слова Δελφ — «выдолбленный», что отвечало бы характеру местного горного пейзажа.

Топография

Отвесные скалы Парнаса, нисходящие в этом месте к Коринфскому заливу, имеют облик террас. Их образуют горные склоны, спускающиеся к югу с высоты от 700 до 500 м над уровнем моря. С севера их окружают две неприступные, поднимающиеся к облакам скалы высотой 200-300 м, отражающие лучи солнца. Древние греки называли их поэтому Федриады (Блестящие). Западная вершина теперь носит название Родини, т.е. Розовая, восточная — Флембукос, т.е. Пламенная (древняя Гиампойа). С этой последней сбрасывали приговоренных к смерти святотатцев.

В ущелье, прорезающем эти вершины, пробивается священный Кастальский ключ; этим же путем несколькими потоками стекает с гор дождевая вода, попадая через котловину Паппадию в покрытую оливковыми рощами пойму часто высыхающей реки Плейста. С запацной стороны дельфийскую долину замыкает гора св. Ильи, а с юга ее защищает от моря возвышающийся с другой стороны Плейсты горный массив Кирфида высотой 1563 м. Что касается геологических особенностей здешнего рельефа, следует заметить, что массив Парнаса (мелового происхождения) в этом месте сложен из известняковых скал на сланцевом грунте. На территории Дельф в древности неоднократно происходили землетрясения. Частые сейсмические изменения способствовали образованию живописного рельефа поверхности с гротами и отвесными скалами, из которых били ручейки вроде источника Кассотиды, расположенного на территории священного округа, и другого, находящегося выше, неподалеку от стадиона, на краю долины Плейсты, теперь называющегося «по-славянски» Залеской.

Не только красота природы благоприятствовала превращению дельфийского святилища в центр, игравший столь необычайно важную роль в развитии греческой культуры. Немалое значение имело его географическое положение. Следует помнить, что Дельфы расположены в самом сердце Фокиды — центральной области Греции, вблизи естественного пути, ведущего с севера на юг из гористой Дориды и равнинной Фессалии через плодородную долину Амфиссы, доходящего до порта Крисы на берегу Коринфского залива. Здесь же скрещивались оживленные тракты, ведущие с запада на восток, из Локриды в Беотию.

Павсаний, описывая во второй половине II века н.э. свое путешествие в Грецию, упоминает о существовании здесь уже в глубокой древности оракула, принадлежавшего Гее, а также Посейдону. Позже Гея передала святилище богине правосудия Фемиде, подарившей его Аполлону. Посейдон же добровольно уступил ему место и поселился на острове Калаврии.

Раскопки французских археологов полностью подтвердили существование в Дельфах более раннего оракула Геи. У подножия террасы храма Аполлона, совсем рядом с расщелиной, откуда выходили раньше пары, было открыто место культа богини земли. Кроме более поздних надписей, здесь были обнаружены остатки терракотовой посуды и посвятительных даров микенской эпохи, свидетельствующие о древности культа.

Не все греческие легенды говорят о мирном завладении Аполлоном дельфийским троном. Уже в гомеровском гимне Аполлону говорится о произведенном на свет богиней земли чудовищном Пифоне, охранявшем святилище богини-матери. Дракон причинял много несчастий жившим там людям и именно его убил Аполлон-освободитель. Сцена борьбы бога с драконом воспроизводилась позже неоднократно в живописи, а прежде всего в пантомимах, исполнявшихся каждые два года на площади во время Пифийских праздников. Хотя культ Аполлона не связан с Критом, знаменитый дельфийский календарь имеет критское происхождение. В его основу был положен, как известно, лунный год, насчитывающий 355 дней, в связи с чем каждые три, пять и восемь лет следовало добавлять дополнительный месяц. Такой месяц, приходившийся на каждые восемь лет, считался самым священным и именно тогда вероятно устраивались Пифийские игры. Так было до 582 года до н.э., когда в связи с Олимпийскими играми и Панафинейскими праздниками дельфийские жрецы отказались от восьмилетних циклов (а в греческой системе счета девятилетних) и перешли к циклам пятилетним, по нынешнему счету четырехлетним. С тех пор знаменитые Пифийские торжества совпадали с каждым третьим годом Олимпиады. Девятилетний цикл появляется, таким образом, в Дельфах ранее всего по сравнению с иными местностями материковой Греции, говоря же о критском царе Миносе, Гомер называет его уже властителем по девятилетним периодам.

Аполлону было нелегко завладеть Дельфами. Ему пришлось бороться с Гераклом, потом же он враждовал с Дионисом, с которым заключил союз, уступая ему три зимних месяца и проводя это время в северной стране гипербореев. После ноябрьского праздника Даидафорий (от названия месяца даидафория), когда участники при свете факелов провожали Аполлона в путешествие во мраке ночи, вместо аполлоновского пэана начинали звучать дионисийские дифирамбы.

Оракул

В древности Дельфы славились прежде всего благодаря оракулу. Прорицательницей была жрица Пифия, сидящая на треножнике. Первоначально оракул Аполлона действовал один раз в год и служил только жителям близлежащих селений, которые, как и прежде к Г ее, приходили к Аполлону, чтобы услышать ответ на волнующие их самые обыденные вопросы. Благодаря на редкость благоприятному географическому положению дельфийское святилище с оракулом начало притягивать все более многочисленных паломников. С VI века до н.э., после первой священной войны, дельфийский оракул переживает время своего наивысшего расцвета. Ежедневно сюда прибывают новые толпы паломников, жаждущих получить совет бога. Пифия не успевает давать ответы, поэтому появляется сначала вторая, а потом третья жрица.

Следовало усовершенствовать, таким образом, ритуал этого массового паломничества. Каждый из феопропов (тех, которые приходили к оракулу), должен был сначала, после символического омовения в Кастальском источнике, принести жертву перед храмом Аполлона в зависимости от степени зажиточности (овцу, козу, кабана или быка). По тому, как бог принимал жертву, судили, может ли обращавшийся к оракулу услышать ответ на свои вопросы. Те, которые оказывались угодными богу, проходили из узкого помещения, находившегося за целлой храма в адитон, где происходило торжество оракула. Вопросы задавались устно или письменно, порядок получения предсказаний определялся жребием; исключением были те, которые пользовались в Дельфах привилегией промантии, дававшей право внеочередного получения ответа. Женщинам не разрешалось самим обращаться к оракулу — они должны были обязательно пользоваться посредничеством мужчин.

Бывали дни, когда бог не желал давать ответы. Даже Александр Македонский должен был уйти с ничем. Оракул молчал обычно в зимние месяцы, когда Аполлон пребывал у гипербореев, а в Дельфах господствовал Дионис. На закате славы Дельф, во II веке н.э., Аполлон только один раз в месяц давал ответы на вопросы, причем опять посредством лишь одной жрицы.

В древнейшие времена пифиями были юные девушки. Позже, однако, более практичным оказалось избирать прорицательницами пожилых, пятидесятилетних женщин из народа, которые по традиции перед восхождением на треножник облачались в девические одеяния. Этому моменту предшествовали, впрочем, и иные обряды. Пифия должна была соблюдать пост, совершать ритуальное омовение в Кастальском ручье и одурманиваться дымом жженых листьев лавра и мирры. Как известно, во время раскопок не удалось найти расщелину в скале, из которой якобы — судя по позднейшим литературным источникам — исходили дурманящие пары. Когда пифия приходила в бессознательное состояние и начинала бормотать бессвязные слова, жрец-пророк — профот Никандр — записывал ее слова в размере гексаметра. Форма стихотворного эпоса существовала вплоть до эллинистического периода.

Жрецам наверняка не было трудно давать пророчества, касающиеся мелких, будничных дел — бракосочетаний, рождения детей, болезней и т.д. Таких вопросов было, разумеется, большинство, однако славой и величием Дельфы были обязаны прорицаниям иного рода. Ибо главной специальностью дельфийского оракула были предсказания, касавшиеся сферы большой политики; именно это приносило святилищу наиболее крупные доходы в виде богатых приношений и посвятительных даров для Аполлона. Ответы на такие вопросы были нелегкой задачей. Иной, чем в прорицании, поворот событий, мог серьезно подорвать авторитет бога. Как мы знаем, оракул умел успешно выходить из таких затруднений.

Жрецы Аполлона вели в своих архивах подробную хронику важнейших событий, происходивших в греческом мире. По словам Геродота, они всегда были хорошо осведомлены в общей обстановке, сложившейся на той или иной территории и в отношении угрожавших разразиться политических конфликтов. Дельфы можно сравнить, таким образом, с большой информационной организацией какой-либо из современных великих держав. Поэтому нахождение нужного ответа не представляло особенно больших трудностей. Приведем хотя бы следующий пример — киренцам, желавшим основать колонию в Северной Африке, оракул повелел выбрать место в глубине материка, ибо жрецы прекрасно знали, что на территориях, расположенных выше уровня моря и подальше от побережья дожди лучше орошают землю, что делает ее более пригодной для возделывания и поселения, чем сухой пояс прибережных песков. Опыт, накопленный ранее греческими переселенцами, оказался полезен для будущих поколений. В тех же случаях, когда не было уверенности относительно свершения предсказания, дельфийские жрецы прибегали к невинной хитрости, составляя ответы, более или менее двойственные по своему значению. Лучшим примером этого надежного метода является ответ, который дал оракул лидийскому царю Крезу.

Таким образом, благодаря соответствующей организации «информационной сети» и умелой интерпретации вещих слов Пифии дельфийский оракул не только чуть ли не с каждым годом все больше укреплял свой авторитет и роль, но и усиливал влияние также на внутреннюю и внешнюю политику греческого общества. В результате Дельфы превратились со временем в нечто вроде постоянного третейского трибунала между отдельными греческими государствами. Последнее не означает, что Дельфы, исполняя роль арбитра, всегда придерживались принципа беспристрастности. На протяжении всей Пелопоннесской войны оракул проявлял явное недоброжелательство к афинянам, ибо они не защищали его интересов в споре с фокейцами.

Тем не менее нельзя забывать о главной моральной тенденции пророчеств дельфийского оракула. Именно там, а не в каком-либо ином месте, устами Пифии было обвещено миру, что кровопролитие (даже в отношении рабов) является преступлением и требует религиозного очищения. Оракул Аполлона постоянно, хотя и безрезультатно, боролся с некоторыми отрицательными явлениями в греческой жизни, а по мере развития интеллектуальной культуры этическая сторона его воздействия выдвигалась все более на первый план.

История Дельф

Рост значения и влияния Дельф в масштабе всей Греции вызывал одновременно и обратную реакцию, заключавшуюся в стремлении греческих государств овладеть Дельфами, накопившимися здесь богатствами и оракулом Аполлона. Ибо какого же могущества могло бы достигнуть небольшое государство, имея на своей территории Дельфы и подчинив оракула своей политике? В географическом отношении Дельфы находились на территории Фокиды, однако уже в источниках начала VI века до н.э. говорится о специальной политической организации — Дельфийской амфиктионии. Это была своего рода «Лига племен», созданная общим усилием соседей, направленная главным образом против преимущества одного из них в Дельфах. Речь идет прежде всего о фокейцах, имевших полное историческое право считать своей собственностью территорию Дельф. Служители культа Аполлона со своей стороны по понятным причинам стремились сохранить полную независимость священного округа, легко маневрируя опираясь на протекторат коллективного союза, членами которого были государства с весьма различными интересами. Отдельные города, такие как Коринф, Сикион и Клазомены, начинают возводить рядом с храмом свои сокровищницы, служащие для хранения посвятительных даров. Постепенно таких памятников становится все больше. Богатые дары жертвуют храму цари Лидии Гигес и Крез. В 548 году до н.э. пожар уничтожил храм Аполлона. Жрецы сразу же приступают к его восстановлению, однако весьма дорогостоящие работы продвигались довольно медленно. Только в 513 году до н.э. изгнанный из Афин род Алкмеонидов берет на себя сбор средств, нужных для окончания строительных и декоративных работ. Чтобы затмить блеск тирании правящих в Афинах ненавистных писистратидов, они быстро приступают к делу и ловко развивают широкую пропаганду для сбора денег и в соседних странах — в Египте и Малой Азии. Эти «международные сборы» быстро принесли результаты в виде огромной по тем временам суммы 300 талантов. Каждый, — бедный и богатый, раб и властелин, — все старались тогда внести свою лепту в столь благородное дело. В 505 году до н.э. новый храм был окончен.

Начало V века — это период переломных моментов и важных событий для всей Греции, вызванных персидским нашествием. Надо сказать, что оракул не оказался на высоте. Опасаясь уничтожения святилища персами, жрецы начинают вести его устами политику, весьма сомнительную с точки зрения греческих интересов. Пифия едва не переходит на сторону завоевателей. Однако упоенные радостью победы греки великодушно забывают о минутах слабости Дельф. После Марафонского боя афиняне приносят в жертву Аполлону взятые у врага трофеи и устанавливают у Священной дороги большую скульптурную группу. За победами при Саламине и Платеях последовало сооружение в Дельфах новых великолепных памятников. В это время жрецы распускают слух о мнимом нападении на Дельфы варваров, которым бог воспрепятствовал навлекая на них землетрясение. Еще Геродот видел каменные нагромождения в округе святилища Афины Пронайи, расположенного ниже теменоса Аполлона.

IV век был для Дельф весьма бурной эпохой. Это было время двух священных войн, вызванных спорами фокейцев с Дельфийской амфиктионией. Амфиктиония обратилась за помощью к Филиппу Македонскому, который вторгнулся в Грецию и одержал победу. Македонцы перестали властвовать в Дельфах после упадка державы Александра Македонского. Их сменили этолийцы, которых в 189 году до н.э. вытеснили отсюда римляне. Римский сенат объявил Дельфы независимыми, однако в действительности они находились под строгим контролем Рима. Наступает период быстрого упадка и запустения некогда так процветавшего святилища. Смысл и цель существования Дельф — оракул, все больше теряет свое значение под влиянием новых философских течений и растущего равнодушия общества к религии. Происходили такие события, как постройка великолепного памятника в Дельфах знаменитым полководцем Эмилием Павлом, победителем в сражении при Пидне (168 год до н.э.), но в общем славе и процветанию пифийской скалы не суждено уже было  возродиться. В 109 году до н.э. Минуций Руф защищает Дельфы от нового набега галлов и фракийцев. В следующие годы святилище переживает новые бедствия. Большой пожар, вызванный в 91 году до н.э. фракийцами, наносит сильный вред храму Аполлона. В 86 году н.э. Сулла грабит Дельфы и увозит оттуда богатейшие трофеи.

Первые римские императоры напрасно старались возродить святилище Аполлона в Дельфах. Августу удалось даже организовать на новых началах нечто вроде амфиктионии. Однако оракул, целиком зависящий от милости римлян, не мог уже оправиться от упадка. Нерон увековечил себя в Дельфах победой в Пифийских играх и обещанием восстановить храм, что не помешало ему увезти из Дельф около пятисот статуй, находившихся на территории священного участка. Этот ущерб не мог возместить Домициан, начавший реставрацию храма. Несмотря на все эти бедствия и грабежи Плиний насчитал еще в Дельфах около трех тысяч изваяний, а Павсаний, посещая святилище Аполлона около 170 года н.э., был поражен обилием находившихся там произведений искусства.

Дельфы переживают период кратковременного оживления при Адриане. Этот влюбленный в Грецию император, также как и богатый меценат Герод Аттик, жертвует Дельфам дары и возводит новые памятники. Благосклонностью дарили Дельфы также императоры из династии Антонинов. Именно в это время, когда римляне прилагали усилия возродить дельфийский культ, Плутарх исполнял в Дельфах обязанности жреца (105-126 гг. н.э.). Все более сильное распространение в империи скептицизма постепенно обрекало Дельфы на неминуемую гибель. Последнее слово в этом деле принадлежало христианству. Константин и Феодосий II вывезли оставшиеся там памятники, украшая ими свою столицу. Знаменитая колонна, увенчанная треножником, со стволом в виде трех переплетающихся змей, посвященная Аполлону тридцатью одним полисом, победившим под Платеями, была установлена на константинопольском ипподроме.

Памятники

Археологический комплекс Дельф можно разделить на три основные части. На севере, на отлогом склоне, у подножия горы Родини, находится святилище Аполлона, образующее однородный по своему характеру ансамбль руин. С юго-востока от теменоса Аполлона, у подножия горы Флембукос, располагается святилище Афины Пронайи, так называемая Мармария. Руины города расположены в двух пунктах: выше Мармарии находится гимнасий с палестрой и Кастальский источник; с запада, с теменосом Аполлона граничит стадион, развалины других построек и некрополь.

Теменос Аполлона

Священный участок Аполлона — теменос, имеет в плане очертания неправильной трапеции размерами около 200 х 130 м, расширяющейся с юга на север. Его окружают стены с неоднородной кладкой. С южной стороны видна часть стены (так называемое элленико), относящейся к V веку до н.э., сложенной из блоков правильной или псевдоправильной формы, с запада и востока преобладает более ранняя полигональная кладка, датируемая VI веком до н.э. Склон горы расчленен здесь несколькими (5-6) продольными террасами, на которых воздвигались постройки и памятники. Каждой из террас соответствовали ворота западной и восточной стен. Все террасы объединяла поднимающаяся вверх извилистая Священная дорога, шедшая из юго-восточной части участка.

Перед главным входом находится небольшая четырехугольная площадка, окруженная развалинами портиков и лавок римского времени. На этой малой агоре по всей вероятности шла оживленная торговля вотивными предметами, которые приобретали паломники перед входом на территорию святилища. Как это было принято в римских городах, недалеко от рыночной площади видны руины терм, построенных с южной стороны.

Дельфы. Важнейшие памятники теменоса Аполлона. План теменоса Аполлона. Репродукция из книги: J. Pouilloux — G. Roux, Enigmes a Delphes
Дельфы. Важнейшие памятники теменоса Аполлона. План теменоса Аполлона. Репродукция из книги: J. Pouilloux — G. Roux, Enigmes a Delphes

Постройки

I. Храм Аполлона
II. Театр
III. Сокровищница сикионцев
IV. Сокровищница сифносцев
V. Разрушенная сокровищница (вероятно мегарян)
VI. Сокровищница фиванцев VII Разрушенная сокровищница (вероятно беотян)
VIII. Так называемая сокровищница потидейцев
IX. Древняя сокровищница афинян? (разрушенная)
X. Сокровищница этрусков (разрушенная) XI Сокровищница афинян
XI. Место сокровищницы сиракузян
XII. Так называемая сокровищница эолийцев
XIII. Так называемая сокровищница киренцев
XIV. Пританей
XV-XVI. Разрушенные сокровищницы
XVII. Так называемая сокровищница аканфян, посвятительный дар аканфян и Брасида
XVIII. Часовни и теменос Диониса
XIX. Разрушенные постройки и сокровищницы
XX. Сокровищница коринфян
XXI. Сокровищница книдян
XXII. Булевтерий
XXIII. Разрушенные постройки
XXIV. Сокровищница ? (рядом место находки статуи Аполлона)
XXV. Святилище и теменос Посейдона

Посвятительные дары и прочие памятники

1. Бык из Коркиры
2. База аркадийцев
3. Марафонский памятник
5. Группа «Семь героев против Фив»
6. База аргосцев
7. Группа «Семеро Эпигонов» (дар аргосцев)
8. Цари Аргоса (дар аргосцев)
9. Дар Лисандра
10. База неизвестного памятника
15. Дар Тарента
17. Статуи книдян
18-19. Места статуй и небольших построек
20. База беотян
21. База с двумя колоннами
22. Акслепиейон (теменос муз?)
23. Источник и святилище Геи
24. Скала Сивиллы
25. Наксосский сфинкс
26. Стоя афинян
27. Источник
28. Столп мессенцев (местонахождение не уточнено)
29. Памятник Эмилия Павла
31. Платейский треножник
32. Родосская колесница
33. Портик царя Аттала
34. Статуя царя Аттала
37. Статуя царя Эвмена
38. Памятник царя Эвмена
40. База с двумя колоннами (дар Аристайнеты)
41. Памятник Прусия
42. Фокейская база
43. Треножники Дейноменидов
46. Так называемая база коркирян
47. Экседра
48. Так называемый дар Даоха
52. Теменос Неоптолема
53. Портик, переход (источник Кассотида?)
55. Лесха книдян
58. Памятник Кратера 

Нижний участок Священной дороги

Минуя пять ступеней, мы входим в главные ворота теменоса, за которыми начинается Священная дорога, доступная только для пеших. Это место находится на 539,33 м выше уровня моря. Во времена независимости Греции Священная дорога, имеющая ширину 4-5 м, поднималась ступенями. В период римского владычества она была вымощена каменными плитами, прорезанными поперечными желобками, так, чтобы по ней не скользили люди и вьючные животные. Эти плиты являются преимущественно фрагментами более ранних построек и памятников; снизу они покрыты надписями или рельефами.

По обеим сторонам Священной дороги тянутся руины важнейших посвятительных даров, памятников и сокровищниц, сооруженных соперничавшими друг с другом греческими полисами. От тысяч бронзовых и мраморных статуй сохранились только обломки баз и каменных субструкций, от архитектурных сооружений — лишь фундаменты, большую часть которых удалось идентифицировать благодаря подробному описанию, оставленному Павсанием.

Вот, например, сокровищница спартанцев, сооруженная при Лисандре в 403 году до н.э. на добычу, захваченную после битвы при Эгоспотамах. Это было большое четырехугольное сооружение (19,9x6,20 м) с крышей над фронтоном, поддерживаемым восемью колоннами. Его выложенный плитами интерьер украшало тридцать семь бронзовых фигур, установленных двумя рядами на небольшом возвышении, прилегавшем к задней стене. Первый ряд занимало девять главных фигур, изображавших Диоскуров, Зевса, Артемиду, Посейдона, возлагающего венец на голову Лисандра, Агия, капитана корабля Лисандра — Гермона, а задний — двадцать восемь статуй спартанских полководцев, соратников и сподвижников Лисандра.

Спартанцам явно не посчастливилось с их дельфийским памятником. Чтобы досадить им, его закрыли своими приношениями аркадийцы. С другой стороны, желая затмить блеск спартанского дара, в память о заложении города Мессаны в 369 году до н.э. здесь была установлена группа скульптур — посвятительный дар с изображением «аргосских царей». В обширной полукруглой экседре диаметром в 13,72 м было установлено много статуй древних правителей и правительниц Аргоса, в том числе Линкея, Гиперместра, Даная, Персея, Геракла и всего его рода. С правой стороны тянулись посвятительные надписи вместе с надписью Антифана из Аргоса.

Приближаясь к месту, где Священная дорога поворачивает на север, можно увидеть руины нескольких сокровищниц. Одной из старейших была сокровищница сикионцев, выстроенная в 582 году до н.э., перестроенная и обновленная между 510 и 410 годами до н.э. Эту сокровищницу украшали знаменитые метопы с изображением Диоскуров ведущих быков, находящиеся теперь в местном музее. Две сокровищницы, находящиеся выше сикионской, были построены сифносцами (около 525 года до н.э.) и несколько ранее книдянами (555— 545 гг. до н.э.). От этой последней тоже дошли до нас, кроме фундаментов, фрагменты декора, а прежде всего чудесная мраморная голова кариатиды. Более многочисленны оригинальные фрагменты, сохранившиеся до наших дней от сокровищницы сифносцев, что позволило сделать попытку ее реконструкции (Музей в Дельфах). Она имела облик прямоугольного храма «в антах» (templum in antis) размерами в плане 8,90 X 6,28 м. Вместо колонн между антами с орнаментированными капителями, там находились две женские статуи, стоящие на профилированных .постаментах. Волосы кариатид украшали калафы — высокие головные уборы с рельефными изображениями, над которыми помещался скульптурный эхин, несущий абак. Все это вместе отвечает на первый взгляд членениям дорийского ордера, антаблемент, однако, был уже явно ионийского типа, а целое здание благодаря кариатидам и орнаментике носило ярко выраженный ионийский характер. Над гладким архитравом проходила полоса фриза, украшенного рельефами, изображавшими битву богов с гигантами, похищение дочерей Левкиппа и Олимпийских богов. На западном фронтоне был изображен знаменитый спор Аполлона с Гераклом, похитившим треножник из Дельф. Постройку венчали фигурные скульптуры антефиксов и акротериев в виде сфинксов на верху и летящих Ник по углам.

Сокровищница сифносцев, стоявшая на фундаменте из известняка, была сложена из паросского мрамора. Ее отдельные части украшала излюбленная у греков богатая, насыщенная по цвету полихромная роспись. Судя по сохранившимся фрагментам сокровищница сифносцев была одной из наиболее красивых и наиболее старательно выполненных греческих построек. Нигде потом мы не встречаем такой тщательности и тонкости в передаче деталей. Мельчайший растительный орнамент выполнен с поразительным мастерством и как бы дышит собственной жизнью. В киматии ощущается своего рода внутреннее дыхание. Чувствуется какая-то животрепещущая сила, пульсирующая в этом светлом, блестящем мраморе.

Сокровищница афинян и ее окружение

Примерно в двадцати метрах в северном направлении Священная дорога поворачивает к северо-востоку. Мы находимся на высоте 550,82 м над уровнем моря и таким образом поднялись от нижнего входа на 11,5 м. Перед нами жемчужина дельфийского святилища — восстановленная на своем прежнем месте сокровищница афинян, расположенная с левой стороны. До недавнего времени оставался спорным вопрос, была ли эта сокровищница построена в последнем десятилетии VI века до н.э. или же, как упоминает Павсаний, после Марафонского боя. Она представляет собой дорийский простиль в антах с двумя колоннами между торцами боковых стен. Выстроена целиком из паросского мрамора. Длина сокровищницы — 10 м, ширина — 6 м. Во время археологической кампании 1893— 1894 годов было обнаружено большое число сохранившихся основных частей, что позволило восстановить сокровищницу в первоначальном виде без особенного труда.

На южной стене этого сооружения была обнаружена находка, ставшая одним из интереснейших дельфийских открытий. Речь идет о двух гимнах Аполлону, высеченных на поверхности мраморных блоков в 138 и 128 годах до н.э. Между линейками текста находятся музыкальные знаки в виде незначительно измененных букв. С помощью древних литературных источников по теории музыки удалось воссоздать нотную транскрипцию всей мелодии. Остальные стены сооружения также покрыты надписями, связанными с афинскими феорами (посольством афинян на пифийских торжествах), а также венками, почетными декретами и постановлениями амфиктионии. Дорийский фриз этого здания состоял из 40 триглифов и метоп. Сохранившиеся метопы, изображающие подвиги Геракла и Тезея, находятся ныне в дельфийском музее. На фризе сокровищницы помещены их слепки из цемента.

Как это видно на плане, сокровищница афинян установлена наискось по отношению к Священной дороге. Трехугольный участок между дорогой и зданием с южной стороны занят каменной платформой, на которой были выставлены трофеи, захваченные под Марафоном в 490 году до н.э. На плитах видны остатки надписи, гласящей, что афиняне посвящают Аполлону трофеи, взятые у персов во время Марафонской битвы. Надпись не является, однако, подлинной и представляет собой копию более ранней надписи, высеченной в начале V века до н.э.

Вернемся на Священную дорогу, где сразу за сокровищницей афинян возвышаются фундаменты узкого прямоугольного здания длиной 13 м, шириной 6,5 м. Вход в него, находившийся с северо-западной стороны, вел по маленькой лестнице на небольшую террасу. Это здание — Булевтерий или Пританей — было местом заседаний дельфийского совета старейшин. На участке, простиравшемся за Булевтерием, тянувшемся до террасы храма Аполлона, находилось святилище богини земли Геи и Фемиды.

Развалины низкой стены окружают несколько торчащих скальных уступов, считавшихся некогда священными местами. На них находились богатые посвятительные дары. Первой от дороги расположена скала Сивиллы, которая, как гласит дельфийская легенда, носила имя Герофилы, прибыла сюда из Трои и была прорицательницей до пифий. Рядом находится небольшая расщелина — место древнего, оракула Геи, которое охранял Пифон. Невдалеке располагается грот чудовища. Плутарх упоминает даже, что с помощью подземного прохода он соединялся с адитоном храма.

Несколько дальше от дороги на выступе скалы возвышалась знаменитая Наксосская колонна, частично воссозданная в дельфийском музее. Она была высечена из мрамора, привезенного с острова Наксос и поставлена около середины VI века до н.э.

За Булевтерием дорога расширяется, образуя нечто вроде круглой площади диаметром 16 м. Это — знаменитый Галос, где совершались мистерии, воспроизводившие сцены убийства Пифона. Площадь окружают полукруглые каменные сидения со спинками. Мы приближаемся таким образом к юго-восточному краю большой террасы храма Аполлона, к которой с этой стороны прилегала крыша Стой афинян длиной 30 м и шириной 4 м, построенной после 506 года до н.э., чтобы выставить трофеи, захваченные у беотян и халкидян. У этого здания, стоявшего на основании из известняка, с южной стороны находилась необычайно стройная по пропорциям ионийская колоннада. От восьми колонн, сделанных из паросского мрамора, ныне сохранились три, которые стоят на своем прежнем месте. Большое расстояние между отдельными колоннами (4 м) — это редкий тип интерколумния. В этом нет ничего странного, потому что архитрав здания был деревянный. За Стоей афинян у края террасы, на высоте 561 м над уровнем моря, Священная дорога поворачивает третий раз, на сей раз на север. Теперь можно внимательно присмотреться неоднократно уже упоминавшейся террасе, на которой возвышается храм Аполлона. Это — знаменитая полигональная стена, являвшаяся своего рода отправной точкой для исследований археологов, работавших на территории Дельф. Она состоит из огромных блоков, достигающих размеров 1,5x2 м, старательно пригнанных даже в местах с очень сложной кривизной. Почти вся поверхность ее покрыта надписями, имеющими огромное историческое значение. Общее число их достигает восьмисот. Это — своего рода дельфийские архивы. Полигональная стена была возведена после 548 года до н.э., чтобы расширить террасу для нового храма Аполлона, воздвигнутого Алкмеонидами.

В этом месте дорога образует монументальный, очень крутой подъем. Мы приближаемся к сердцу святилища. Нет ничего странного, что здесь использована каждая пядь земли. С правой стороны видны остатки угловой части фундамента сокровищницы коринфян, построенной, как сообщает Геродот, тираном Кипселом (657-627 гг. до н.э.), которую можно отнести, таким образом, к старейшим сооружениям такого рода. В ней хранились бесценные золотые предметы, пожертвованные парями Лидии, перенесенные сюда после пожара храма Аполлона в 548 году до н.э. Слева от нее находится фрагмент большой базы, по-видимому, посвятительного дара Клазомен. Рядом находился постамент для посвятительных даров жителей Тарента — статуй воинов, выполненных в начале V века до н.э. выдающимся скульптором Онатом с острова Эгины.

За ним возвышается двуступенчатый цоколь знаменитого платейского треножника. Этот треножник, отлитый из чистого золота, стоял на шестиметровой бронзовой позолоченной колонне, уподобленной трем переплетающимся змеям, увековечивавшей названия тридцати одного полиса, победившего в битве при Платеях в 479 году до н.э. Прежде чем Константин увез колонну в Константинополь (она известна там под названием змеевидной колонны и установлена на площади Атмейдан), завладевшие Дельфами фокейцы похитили треножник вместе с тремя головами змей. Г реки не всегда относились с пиететом к собственным памятникам. За цоколем платейского треножника мы видим высокую базу, на которой помещалась некогда солнечная колесница из позолоченной бронзы, подаренная Аполлону родосцами в начале III века до н.э.

В нескольких шагах выше, на высоте 571,35 м над уровнем моря (мы поднялись уже на 32 м, считая от начала пути, т.е. от главного входа), Священная дорога образует небольшую площадку, вся северная сторона которой некогда была заставлена вотивными треножниками, расположенными в несколько рядов. На переднем плане находится четыре пьедестала, где стояли треножники сиракузских тиранов Гелона и Гиерона, а также их братьев. Эти памятники пожертвовал Аполлону Гелон в честь победы над карфагенянами, одержанной при Гимере в 491 году до н.э. Треножники и украшавшие их фигуры Ник были сделаны из золота и весили вместе 50 талантов, т.е. 1855 кг!

Совсем рядом с базой Гелона находится основание знаменитой аканфовой колонны («колонны танцовщиц»). Этот частично реставрированный памятник находится ныне в местном музее. Мраморная колонна высотой 8,65 м была сложена из пяти барабанов, увенчанных листьями аканфа. Между ними помещены три женских фигуры, обращенные спинами одна к другой и образующие группу танцовщиц, поддерживающих ритмическим движением левой руки края коротких хитонов, а правой — калафы на головах, на которых покоился треножник. Не исключено, что эти танцовщицы, называемые неоднократно кариатидами, изображали менад, исполняющих танец в честь Диониса. Они принадлежат к прекраснейшим образцам греческой скульптуры. В их полных грации позах, в тонкой моделировке лиц нетрудно уловить отзвуки чарующей прелести искусства Праксителя.

Храм Аполлона

Начиная от «площадки треножников» Священная дорога поворачивает на запад и тянется вдоль верхней террасы храма Аполлона. Северо-восточную угловую часть террасы занимает большой алтарь Аполлона, возвышающийся на 3 м выше от дороги. Размеры алтаря — 8,50 х 2,20 м; он стоит на ступенях из черного камня. Его посвятили Аполлону жители острова Хиоса около 518 года до н.э. На алтаре совершались жертвоприношения богу, чтобы получить вещий ответ оракула. Рядом стояла мраморная копия знаменитого омфалоса, находящаяся дыне в местном музее.

Выше храма Аполлона, по другой стороне дороги, теснились многочисленные дары и памятники. Базы одних почти соприкасались с соседними, ибо надо было использовать каждый клочок, каждую пядь этой ценной земли. Там стояла, в частности, большая конная статуя Эмилия Павла, победившего в 168 году до н.э. при Пидне македонского царя Персея. Под карнизом цоколя памятника был помещен фриз с рельефами, изображающими эпизоды борьбы конницы, решившей исход битвы. Этот фриз нельзя отнести к высшим достижениям греческого искусства, но он интересен с точки зрения иконографических деталей.

По пандусу, выложенному плитами, мы приближаемся к храму Аполлона. Подобно афинскому Парфенону дельфийский храм стоял на стилобате, с севера — на скале, а с юга его поддерживали четырехметровые субструкции, подкрепленные описанной выше большой террасой. Трехступенчатый стилобат, сложенный из голубоватых блоков известняка, добывавшегося в близлежащей каменоломне горы св. Ильи, ныне сильно поврежден. Храм, который плохо сохранился, был гексастильным дорийским периптером длиной 60,32 м, шириной 23,83 м, обрамленным шестью колоннами к востоку и западу; с юга и севера храм имел по пятнадцать колонн, а кроме того, по две колонны в антах в пронаосе и опистодоме. Колонны и стены святилища были сложены из известняка и покрыты стуком. В процессе дополнительных исследований, проведенных Французской школой в 1939-1941 годах, было наново установлено шесть колонн юго-восточной угловой части перистасиса. Разрушение храма, однако, настолько значительно, что без помощи литературных источников, а в особенности описания Павсания, невозможно было бы теперь воссоздать планировку его интерьера.

С востока, у входа, находился портик-пронаос, на стенах которого были начертаны изречения семи мудрецов, в том числе Γνϖϑι σαυόν (Познай самого себя) и Μηδέν άγαν (Ничего слишком). Там стояла также статуя Гомера. Над входом, ведущим в целлу, был помещен таинственный знак в форме буквы Ε (эпсилон): из дерева и из бронзы — приношение от афинян, а также золотой — от жены императора Августа, Ливии. Плутарх (Этические сочинения, 3) дал нам интересное истолкование мистического значения этого символа знаменитой пифагорейской пятерки (эпсилон — пятая буква алфавита). Местная традиция приписывала знаку Ε магическое значение, считая, что он имел влияние на оракула, заставляя его давать ответы.

В длинной узкой целле, по всей вероятности расчлененной на три нефа двумя рядами колонн (по 5 в каждом), помещался алтарь Посейдона, статуи Мойр, их главы Аполлона Мойрагета, а также железный трон Пиндара. Во время церемонии «угощения богов» (феоксении) поэта трактовали как гостя бога и он получал из общей жертвы свою часть. За целлой располагался адитон. По-видимому, это было подземное помещение, где находился «пуп земли» — знаменитый омфалос, а также статуя Аполлона, саркофаг Диониса и, наконец, самое главное — треножник Пифии, по преданию стоявший над расщелиной в скале, называемой хасмой, из которой исходили дурманящие газы. Эта расщелина соединялась с расположенным выше источником Кассотидой посредством подземного хода; у его выхода, около упомянутого выше святилища Геи-Фемиды находился колодец. Несмотря на усиленные поиски эта расщелина, игравшая столь важную роль в действе оракула, не была найдена. По преданию над адитоном было отверстие в потолке, через которое выходили газы и испарения. С западной стороны пронаосу соответствовал опистодом.

Храм, который мы описали, был последним из зданий, воздвигавшихся в разное время на этом месте; он был сооружен в 369-321 годах до н.э. после разрушения храма Алкмеонидов во время землетрясения в 373 году до н.э. и существовал до конца античной эпохи. В римское время храм несколько раз обновлялся. До него там стояли четыре более древних храма Аполлона.

К северо-западу от храма Аполлона

С западной стороны, среди нескольких баз и иных архитектурных фрагментов, обращает внимание круглый каменный постамент, за которым видны остатки римской постройки из кирпича, прилегающей к внешней стене святилища. Это был героон (место культа героя) Антиноя, на что указывает найденная в этом месте статуя любимца императора Адриана, выставленная в местном музее. Рядом с этой постройкой размещалось несколько знаменитых памятников, как, например, колоссальная женская статуя, символизировавшая Этолию — дар этолийцев в ознаменование победы над галлами в 279 году до н.э., а далее конные памятники Селевкидов во главе с Селевком II. Около храма возвышалась превышавшая своими размерами другие памятники огромная архаическая статуя Аполлона, державшего за передние лапы лань или оленя. Это было произведение афинянина Диопейта, пожертвованное Пепарефом. Также как и с восточной стороны, мы видим здесь остатки римских терм с большим сточным каналом, расположенных за внешней стеной, окружавшей святилище.

Теперь мы снова выходим на Священную дорогу. Она идет вдоль святилища с востока на запад. На протяжении всего этого отрезка с севера ее ограничивает подпорная стена высотой 2-6 м (исхегаон), возведенная в 335 году до н.э., чтобы заслонить разрушения, причиненные землетрясением в 373 году. За этой стеной простирается нагромождение скальных блоков и часть памятников, разбитых во время катастрофы. К северо-востоку, выше треножников Гелона, во время раскопок были обнаружены следы полигональной стены, окружавшей заложенный фессалийцами теменос Неоптолема, сына Ахилла.

За теменосом Неоптолема стоял великолепный монумент, поставленный в IV веке до н.э. в честь своего рода фессалийским тетрархом Даохом II, гиеромнемоном своей отчизны в Дельфах, перешедшего, кстати, на сторону македонцев. На цоколе длиной более 11 м , окруженном прямоугольной экседрой, стояли выполненные из паросского мрамора статуи членов семьи Даоха. Семь из них неплохо сохранились и находятся теперь в дельфийском музее вместе с восемью посвятительными надписями. Возможно, что некоторые статуи, а может быть и целая группа, были лишь копиями подобного памятника из бронзы, установленного Даохом II около 340 года до н.э. на его родине — в Фарсале; статую Агия, украшавшую этот памятник, выполнил Лисипп, самый знаменитый греческий скульптор второй половины IV века до н.э.

Спускаясь вниз на Священную дорогу, можно различить развалины двух знаменитых вотивных монументов: Полизала, брата Гелона (сиракузского тирана) и Кратера, полководца Александра Македонского. Монумент Полизала был установлен на северном краю дороги в память победы на дельфийском ипподроме, одержанной на Пифийских играх в 478 или в 474 году до н.э. После падения тирании город Гела приказал уничтожить ту часть надписи, где упоминалось о зависимости города от тиранов. Следы стески хорошо заметны до сих пор на сохранившейся базе. Сам памятник, отлитый из бронзы, изображал победителя в состязании на колесницах — возничего, управляющего квадригой. Статуя, найденная в 1896 году за исхегаоном, является сейчас одним из лучших украшений дельфийского музея.

Последним даром находившимся у Священной дороги, был памятник в честь Кратера, отважного полководца Александра Македонского, спасшего его от смерти. Во время охоты вблизи Суз на царя набросился раненый лев. Рискуя жизнью, Кратер вместе со сворой своих собак поспешил ему на помощь и убил обезумевшего от боли зверя. Именно эту сцену изображала скульптурная группа из бронзы, выполненная двумя великими скульпторами IV века до н.э. — Лисиппом и Леохаром. Сохранились только стены сооружения, возвышающиеся на 1,5 м над Священной дорогой, сложенные из тщательно пригнанных блоков известняка.

Театр и окружающие памятники

Главной постройкой, расположенной в верхней части святилища Аполлона, был театр, занимающий северо-западную угловую часть этой террасы. Минуя руины скены мы подходим к орхестре, лежащей на высоте 584,77 м над уровнем моря. Дельфийский театр, построенный в IV веке до н.э., был реставрирован в 159 году до н.э. царем Пергама, Эвменом II; позже римляне ввели здесь некоторые изменения. Театр — это единственное архитектурное сооружение Дельф, пригодное для использования; здесь до сих пор даются представления во время дельфийских фестивалей.

Вогнутый театрон шириной 50 м имел тридцать пять рядов, расположенных двумя ярусами — в нижнем было двадцать семь рядов, в верхнем — семь; на высоте 596 м над уровнем моря находится диазома (проход). Театрон был поделен на 13 секторов-клиньев: семь в нижней части, шесть в верхней; их отделяли друг от друга лестницы — восемь внизу и семь вверху. Скамьи для зрителей, выполненные из белого паросского мрамора могли вместить пять тысяч зрителей. С верхних рядов открывался прекраснейший вид на великолепную панораму Дельф. Все святилище Аполлона видно отсюда, как на ладони.

Спускаясь вниз, мы попадаем на орхестру, имеющую в диаметре 18,50 м, выложенную полигональными плитами известняка, окруженную крытым стоком. На передней стене проскения длиной 9 м находился фриз с рельефами, изображавшими подвиги Геракла.

Эти рельефы, помещенные ныне в дельфийском музее, не лучшим образом представляют греческое искусство начала христианской эры. За проскением находятся стены собственно скены, отделенные лишь узким проходом от памятника в честь Кратера, изображавшего сцену охоты Александра Македонского. Вымощенный плитами парод театра ведет на так называемую «театральную улицу». С левой стороны видны руины двух сокровищниц-храмиков, принадлежащих к окруженному стеной святилищу Диониса, с правой — маленький храм Посейдона, превращенный в церковь св. Николая. Возможно, что на склоне горы, за упомянутыми выше сокровищницами находилась священная оливковая роща. Поднималась вверх вдоль задней стены монумента Даоха, мы завершаем обход святилища Аполлона, доходя до знаменитой Лесхи книдян. Этот памятник находится теперь в плачевном состоянии. Осталось только немного поросших мохом руин сооруженных из туфа орфостатов, т.е. основания стен и остатки штукатурки. Как мы видим, Лесха книдян была построена из непрочных материалов — кирпич-сырец и дерево не могли устоять перед разрушительным действием времени. В этом и заключается трагическая ирония судьбы. Ибо постройки такой конструкции, т.е. те, стены которых были выложены из гладких пригнанных блоков камня, греки украшали обычно внутри живописью. Интерьер Лесхи книдян был также расписан фресками, которые выполнил самый знаменитый живописец эпохи классики — Полигнот. До нас дошло лишь подробное описание неоценимого Павсания, однако может ли даже самое совершенное повествование хоть частично возместить утраченное навсегда произведение? Известно, что сюжеты фресок были заимствованы из великого греческого эпоса («Падение Трои» и «Одиссей в царстве Аида»).

Мармария

Свое посещение Дельф Павсаний начал со святилища Афины. Нынешние путеводители также советуют туристам отсюда начинать маршрут, ибо тогда нет необходимости дважды подниматься по той же дороге. В топографическом отношении святилище Афины действительно как бы предшествует главному святилищу — месту культа Аполлона. Священный участок Афины расположен в 1500 м к юго-востоку от святилища Аполлона, ниже теперешнего шоссе, ведущего к городку Арахова. Террасу, на которой находятся руины, окружает прекрасная оливковая роща. Живописный эффект сочетания белого мрамора с зеленью фона придает пейзажу неповторимую прелесть; здесь спокойнее и тише, чем среди каменной пустыни теменоса Аполлона.

Святилище Афины принято называть Мармария от латинского marmor — мрамор. Греки почитали здесь богиню как предхрамную — Афину Пронайу, либо, благодаря игре слов, как Пронойу, что означает по-гречески предвидение. Священный участок имеет форму вытянутого прямоугольника (150x40 м). Он окружен стеной, имеющей большей частью регулярную кладку. В святилище мы попадаем через широкие (2,68 м) ворота; вход ведет на узкую восточную террасу, предшествующую собственно святилищу.

Итак мы находимся на территории, являвшейся еще в архаическую эпоху местом культа Афины Эрганы и Застерии. В процессе первой фазы археологических раскопок ученые сразу же натолкнулись на остатки архаических алтарей и памятников с надписями, помещенные ныне в местном музее. Позднейшие исследования, проводившиеся в 1922 году членом Французской школы Р. Деманжелем показали, что историю этого места следует связывать с более древним периодом — с микенской эпохой. Самым крупным сооружением святилища был дорийский храм Афины Пронайи, имевший форму периптера-гексастиля длиной 27,45 м и шириной 13,25 м, выстроенный из туфа в конце VI века до н.э. на месте более ранней постройки, относящейся к концу VII века до н.э.

Геродот (VIII, 39) рассказывает нам о том, как бог поспешил на помощь Дельфам, которым угрожала армия Ксеркса в 480 году до н.э. С вершины Федриад скатились тогда огромные глыбы скал и задавили множество врагов. Остальное сделали дельфийские воины. Действительно, примерно в то время, хотя может быть не совсем совпадающее со временем, о котором гласит дельфийская легенда (то же самое повторилось во время нашествия галлов в 279 году до н.э.), произошло землетрясение, во время которого с гор обрушилась лавина камней, разрушая, в частности, храм Афины Пронайи. Геродот видел собственными глазами результаты этой катастрофы, о которой мы можем судить по описаниям подобного бедствия, разыгравшегося 26 марта 1905 года. Во время сильной грозы с горы оторвались три громадных глыбы камня, разбивая на мелкие куски двенадцать из пятнадцати колонн, открытых во время раскопок в 1900 году. Нет ничего странного поэтому, что уже в древности это место сочли опасным и новый храм Афины построили несколько дальше к западу. Павсаний видел уже только заброшенные руины старого храма, выстроенного в VI веке до н.э.

Мармария тоже имеет свою Священную дорогу. Она тянется вдоль южного края террасы, имеющего здесь вид двух уступов. Верхний поддерживает стена архаического периода, спустившись же по ступеням на нижний уступ мы видим субструкции классической эпохи. Центральную часть террасы некогда предохраняла сверху разрушенная ныне стена из туфа. Там находятся руины трех построек. С восточной стороны стояла сокровищница в дорийском ордере, выстроенная между 480 и 475 годами до н.э. Ее фундамент имел два слоя: нижний был известняковый, верхний — мраморный; его размеры — 7,28 X 10,41 м. Постройку окружал выдолбленный из камня сточный канал. Перед ней находятся остатки постамента неизвестного происхождения, а кроме этого, фундамент четырехугольного алтаря.

Рядом с дорийской сокровищницей стояла несколько меньшая по размерам (6,37 х 8,63 м) ионийская сокровищница, построенная по всей вероятности массалиотами в 530-525 годах до н.э. Павсаний видел внутри несколько статуй римских императоров. Судя по сохранившимся архитектурным и орнаментальным фрагментам (например, обрамляющий цоколь профиль торуса), эта сокровищница отличалась такой же тщательностью исполнения, как и относящийся к тому же времени знаменитый монумент сифносцев в святилище Аполлона.

Третьей постройкой, располагавшейся на центральной террасе, является знаменитый Фолос — мраморная ротонда, принадлежащая к настоящим жемчужинам аттической архитектуры конца V века до н.э. Ротонда была построена вероятно около 400 года до н.э.; для чего она была предназначена, нам, к сожалению, не известно. Не знаем даже, была ли это постройка культового назначения. Витрувий (Десять книг об архитектуре, VII, Вступление, 12) утверждает, что ее создатель Феодор из Фокеи написал о ней целый трактат, как Иктин о Парфеноне. Фолос представлял собой моноптер с двадцатью наружными дорийскими колоннами, стоящими на круглом трехступенчатом стилобате.

У круглой целлы вход был с южной стороны. Пол, выложенный из плит белого мрамора, контрастировал блестящей поверхностью с нижним поясом стен, выложенным из черного камня. Десять коринфских полуколонн внутри здания дополняло декор интерьера. Частичная реконструкция этого памятника хранится в дельфийском музее, на прежнем же месте до недавнего времени видны были только нижние барабаны колонн на круглом стилобате. В 1938 году археологи Французской школы in situ восстановили три колонны с антаблементом.

Западную часть участка занимал новый храм Афины Пронайи, воздвигнутый в IV веке до н.э., а также дом для жрецов. Храм, сложенный из известняка, представлял собой дорийский периптер (22,60 X 11,55 м) и имел только пронаос с ионийскими колоннами. У него не было опистодома. Под плитами пола пронаоса сохранились фрагментированные параллельные блоки. В глубине целлы виден каменный цоколь в виде скамейки, предназначенный, по-видимому, для небольших посвятительных даров.

Город

Древний город — Дельфы, располагался с трех сторон главного святилища, посвященного Аполлону: с юга, востока и запада. С севера теменос Аполлона примыкал к крутому склону Родини. О руинах некоторых построек, непосредственно прилегавших к стене, окружавшей теменос Аполлона, мы упоминали, описывая святилище. Следует остановиться еще на двух комплексах памятников, раскрытых в результате французских раскопок: первый из них, юго-восточный, включает гимнасий, палестру и Кастальский ключ, второй, юго-западный — предместье Фиийя (называемое римлянами Пилеа), стадион и крепость Филомела.

Гимнасий

Покидая Мармарию и пройдя на запад около 300 м по узкой тропинке среди оливковых деревьев, мы вступаем на двуступенчатую террасу, где до недавнего времени находился небольшой монастырь иерусалимских монахов. В этом месте были обнаружены руины античного гимнасия, сооруженного в 334/3-327/6 годах до н.э., перестроенного и расширенного в римское время. Здесь упражнялась дельфийская молодежь и тренировались греческие атлеты перед выступлениями на стадионе. Гимнасий расположен в верхней части террасы. Сохранившиеся, хотя и немногочисленные остатки стен, дают возможность воссоздать первоначальный облик сооружения. Вдоль террасы длиной 160 м располагался ксист, т.е. крытый портик с гладкой беговой дорожкой шириной 7 м. Параллельно крытой галерее, где происходили упражнения при плохой погоде, шла беговая дорожка такой же длины и ширины под открытым воздухом — парадромида, также замкнутая с юго-западной стороны сточным каналом.

На нижней части террасы к юго-востоку от гимнасия находилась палестра. Это была своего рода пристройка к гимнасию, предназначенная для борьбы, мытья и массажей атлетов. От нее сохранилась тщательно сложенная стена высотой от 4 до 5 м, длиной 75 м, которая ограничивала участок палестры с северо-востока. В первой части палестры центральным местом был квадратный двор.

Вторая часть палестры служила купальней. Примерно в центре обширного двора находился круглый бассейн 10 м в диаметре, глубиной 1,8 м. Он имел ступени и два канала — один для стока грязной воды, другой для предохранения бассейна от переполнения. Вода в бассейне была холодной. Дельфийская палестра имела еще иные «современные удобства». Вдоль верхней части северо-восточной опорной стены высотой 2 м имеется одиннадцать отверстий, некогда украшенных бронзовыми масками с изображениями животных, из пасти которых лилась вода в одиннадцать находящихся внизу раковин, фрагменты которых сохранились до сих пор. Отсюда вода попадала в сточный канал (шириной 0,69 м), потом в несколько меньших бассейнов, а затем уходила в долину. Палестру снабжал водой большой резервуар, расположенный на 80 м выше в северо-западном направлении, непосредственно соединявшийся с Кастальским источником. Вода проходила сначала через верхнюю террасу гимнасия по каналу, расположенному у пародромиды, попадая затем в одиннадцать водостоков. В римское время к северу от двора палестры были выстроены горячие термы, от которых сохранились еще остатки мозаичных полов.

Касталия

Неподалеку от гимнасия и палестры, в северном направлении, на высоте 538 м над уровнем моря, у самого входа в расщелину между скал, прорезающую Федриады, находится знаменитый Кастальский ключ. Архитектурные сооружения этого ключа относятся к архаической эпохе. Прежде всего привлекает внимание вырубленный в скале фасад, украшенный некогда мраморными пилястрами, на которых, судя по следам на скале, покоился декоративный антаблемент. Четыре ниши, по-видимому, были украшены статуями нимфы Касталии и другими вотивными приношениями.

Перед этим фасадом находится десятиметровый узкий (шириной 1 м) резервуар, в который стекала вода, бившая с правой, т.е. южной стороны подтесанной скалы. Этот резервуар был покрыт плитами. Его заднюю стену образовывала скала, спереди же — каменная ограда, имевшая некогда семь отверстий с бронзовыми украшениями, откуда вода просачивалась в прямоугольный открытый бассейн (10x3 м). К нему вело восемь вырубленных в скале ступеней, по которым поднимались паломники, чтобы совершить обряд омовения, прежде чем переступить порог храма Аполлона.

Ныне это место, с которым связано столько событий и легенд древнего мира, представляет собой полную руину. Кастальский ключ течет в отдалении 15 м к западу от нового резервуара. Запущенный турецкий фонтан, расположенный ниже, на пути к Арахове, довершает картину разрушения. Неизменной осталась только величественная природа: жутковатая грозная расщелина Федриад и тень развесистых платанов, растущих у дороги. На дельфийской земле все проникнуто духом легенды, преданий, истории и даже деревья имеют свое символическое значение. Местная легенда гласит, в частности, что Агамемнон, прибывший в Дельфы перед походом на Трою заручиться советом оракула, посадил платан у Кастальского ручья, чуть ли не в самом высоком месте святилища.

Стадион

Теперь мы направляемся вверх далеко за пределы святилища Аполлона, где у подножия вершины Родини и горы св. Ильи, на высоте 645 м над уровнем моря находится стадион. Он занимает продолговатый участок, тянущийся с востока на запад. С севера он довольно глубоко врезается в склон горы, а с юга укреплен субструкциями V века до н.э. Первоначально сидения, как и в Олимпии, были вырыты из земли. Окончательную же, монументальную форму стадион прибрел благодаря Героду Аттику, которому Дельфы многим обязаны. Тогда именно были сделаны каменные сидения, а у входа, с юго-востока воздвигнута большая парадная арка. До сих пор торчат еще четыре столба, поддерживавшие некогда три аркады ворот. Отсюда выходили атлеты. Длина беговой дорожки составляет 178,35 м, что равнялось одному дельфийскому стадию, состоящему из 6 плеров. Ширина дорожки в середине — 28,50 м, по обеим концам — 25,60 м. До сих пор еще различимы афесейя (старт) и терма (финиш), обозначенные линией из мраморных плит с углублениями для ступней бегунов. Кроме этого, сохранились квадратные отверстия, в которые вставлялись колышки, чтобы отделить состязавшихся друг от друга. Можно подсчитать, что одновременно могло стартовать восемнадцать атлетов.

Вдоль северного склона находилось двенадцать рядов каменных сидений, отделенных от беговой дорожки подием с барьером, на который указывают следы скреп. Далее находилась узкая дорожка 0,83 м шириной, отделенная от сидений зрителей рядом вертикально установленных каменных плит. Северная сторона сидений была разделена тринадцатью лестницами на двенадцать секторов шириной полтора плера. Только верхний ряд сидений имел спинки. Посередине находилось нечто вроде почетной трибуны, где сидения тоже были со спинками. Эти места были предназначены для лиц, пользовавшихся специальной привилегией, дающей право занимать место в первых рядах. Последняя лестница, расположенная с западной стороны, позволяла пройти в грот с источником, где освежались атлеты и зрители. Западная часть стадиона образовывала полукруглую сфендону с шестью ступенями. Ее разделяли три ряда лестниц между четырьмя секторами сидений. Вверху шла дорожка для зрителей, огороженная теперь новой стеной. На стыке сфендоны с южной насыпью находится канал, через который удалялись загрязнения  и дождевая вода. С юга было только шесть рядов сидений, устроенных на насыпи. Членение на сектора соответствовало северной стороне. Весьма примечательна надпись, относящаяся к V веку до н.э., помещенная на одном из блоков субструкции южной стороны стадиона в 15 м от входа. Под угрозой штрафа в 5 драхм она запрещала приносить на территорию стадиона молодое вино. Из этого следует, что торговля вином на стадионе воспрещалась.

Как мы уже упоминали, в начале V века до н.э. как спортивные, так и музыкальные состязания проходили на ипподроме, расположенном в долине около Кирры. Именно в это время на средства, взятые из сокровищницы храма Аполлона начали строить стадион, куда были перенесены спортивные состязания, а также музыкальные и лирико-драматические представления. Можно было бы предполагать, что со времени постройки в IV веке до н.э. театра, эти представления не происходили уже на стадионе. На самом деле было иначе. Найденные надписи сообщают нам о средствах, взятых из дельфийской сокровищницы в середине IV века до н.э. для установки деревянной сцены на стадионе, а сто лет спустя один из самнийских музыкантов, победивший в состязании флейтистов, после окончания атлетических соревнований устроил на стадионе в честь бога и греков хоровое исполнение гимна Дионису и представление фрагмента «Вакханок» Еврипида в сопровождении кифары. Как же близки были друг другу в Греции спорт и музыка!

Выше стадиона, на склоне горы св. Ильи, на высоте 700 м над уровнем моря, виднеются остатки крепостных стен с башнями, сооруженных при Филомеле фокейцами в 355 году до н.э.

Спускаясь с горы св. Ильи и направляясь к югу, мы наталкиваемся на ряд погребений и вырубленных в скале надгробных ниш. Они относятся к различному времени, начиная с микенской эпохи, кончая византийским периодом. На это указывают разные типы конструкции памятников. Здесь есть и купольные погребения с дромосом, могилы, вырытые в нетвердом туфе, подземные склепы и проходы, круглые и четырехугольные ниши, наконец, скальные погребения с фасадами, вырубленными в скале. В пределах территории кладбища находилось предместье Фиийя, которое только при римском владычестве было включено в границы города и получило название квартала Пилеа.

Открытие Дельф — это, пожалуй, главная гордость французской археологии. После долгих переговоров, в процессе которых политические аспекты играли не меньшую роль, чем финансовые и научные, французская археологическая школа в Афинах (École française d'Athènes) получила право вести раскопки в Дельфах, осуществлявшиеся с 1863 года, а наиболее интенсивно проводившиеся в 1893-1903 годах. Значение этих открытий французских археологов настолько велико, что если бы наше знакомство с греческим искусством ограничивалось бы лишь Дельфами, мы на основе одних только найденных здесь памятников могли бы представить себе эволюцию и характерные черты архитектуры и скульптуры Греции на протяжении отдельных этапов их развития.

Несмотря на то, что в решении некоторых сложных, спорных научных проблем дельфийской археологии принимали участие исследователи разных национальностей, честь открытия и научной обработки одного из крупнейших, а во всяком случае наиболее важного в Греции культового центра, навсегда останется за французской наукой.

Добавить комментарий

CAPTCHA
Этот вопрос задается для проверки того, не является ли обратная сторона программой-роботом (для предотвращения попыток автоматической регистрации)